ФЭНДОМ


В поисках чудесного Править

Глава 11 Править

Группы. – Можно ли работать в группах без учителя?

Обычно, человек начинает свои занятия в небольшой группе. Эта группа имеет общую связь на разных уровнях с подобными же группами, которые, рассмотренные вместе, составляют так называемую "подготовительную школу".

Первая и самая важная черта групп – тот факт, что группы не составляются в соответствии с желаниями и выбором их членов. Группы составляет учитель; он отбирает типы, которые, с точки зрения его целей, могут оказаться полезны друг другу.

Никакая работа в группах без учителя невозможна. Работа группы с неподходящим учителем может привести только к отрицательным результатам.

Следующая важная черта группы заключается в том, что группы могут быть связаны с какой-то целью, о которой начинающие работу могут совсем не иметь представления и которую им невозможно объяснить, пока они не поймут принципы и сущность работы и связанные с ней идеи. Но та цель, к которой они движутся и которой служат, сами того не понимая, является необходимым уравновешивающим элементом их собственной работы. Первая задача членов группы понять эту цель, т.е. цель учителя. Когда они поняли её, хотя бы сначала и не вполне, их собственная работа становится более сознательной и, следовательно, может дать лучшие результаты. Но, как я уже сказал, часто бывает так, что цель учителя вначале объяснить нельзя.

Поэтому первой целью человека, который начинает работу в группе, должно быть самоизучение. Работа по самоизучению может протекать только в правильно организованных группах. Человек в одиночестве не может увидеть себя. Но когда несколько человек объединились с такой целью, они даже невольно будут помогать друг другу. Это общая черта человеческой природы: человек лучше видит чужие недостатки, чем свои собственные. В то же время на пути самоизучения он узнаёт, что и сам обладает всеми теми недостатками, которые находит у других. Однако есть множество вещей, которые в себе он не видит, но замечает у других. Тем не менее, как я только что сказал, в таком случае он знает, что эти черты являются и его собственными. Таким образом, другие члены группы служат ему зеркалами, в которых он видит себя. Но, конечно, чтобы видеть себя в чужих недостатках, а не просто видеть чужие недостатки, человек должен быть очень внимательным к себе и глубоко искренним.

Когда организуется группа, её членам предлагаются некоторые условия. Это. во-первых, условия, общие для всех членов группы: во-вторых, индивидуальные условия для отдельных членов.

Общие условия в начале работы обычно следующие: всем членам группы объясняют, что они должны хранить в тайне всё, что услышат или узнают в группе, и не только на время, пока они являются членами группы, но и навсегда в будущем.

Это обязательное условие, идея которого для них должна быть ясна с самого начала. Иначе говоря, им должно стать ясно, что здесь нет попыток создать тайну из того, что в сущности не является тайной, равно как и нет сознательного намерения лишать их права обмениваться взглядами с близкими или друзьями.

Это ограничение связано с тем, что они не способны правильно передавать то, что говорится в группе. Очень скоро они по собственному опыту узнают, как много усилий и времени, как много объяснений необходимо для того, чтобы усвоить то, что говорится в группе; им станет очевидным, что они не в состоянии передать своим друзьям правильной идеи того, что узнали сами. Вместе с тем, они начинают понимать, что, передавая друзьям ложные идеи, они отрезают тех от возможности подойти когда-нибудь к работе или понять что-то, связанное с работой, не говоря уже о том, что таким путём они создают в будущем многие неприятности и затруднения и для себя лично. Если же, несмотря на всё это, человек пытается передать своим друзьям то, что слышит в группе, он вскоре убеждается, что попытки в этом направлении приводят к совершенно неожиданным и нежелательным результатам. Люди или начинают, не желая слушать его, спорить с ним, настаивают, чтобы он выслушал их теории: или же неверно истолковывают всё то, что он им говорит, приписывают всему, что слышат от него совершенно иной смысл. Видя всё это и понимая бесполезность своих попыток, человек начинает понимать один из аспектов указанного ограничения.

Другая, не менее важная его сторона заключается в том, что человеку очень трудно хранить молчание об интересующих его вещах. Ему хотелось бы говорить о них каждому, с кем он, так сказать, привык делиться мыслями. Это – самое механическое из всех желаний, и в этом случае молчание представляет собой самое трудное правило воздержания. Но если человек понимает это или, по крайней мере, следует этому правилу, оно станет для него лучшим упражнением для вспоминания себя и развития воли. Только такой человек, который, когда это необходимо, может хранить молчание, способен стать господином самого себя.

Но многим людям нелегко приучить себя к мысли, что одна из главных черт их характера состоит в ненужной болтливости; это особенно трудно для тех, кто привык считать себя серьёзными и разумными личностями, молчаливыми, любящими уединение, размышление. По данной причине это требование особенно важно. Помня и выполняя его, человек начинает видеть такие стороны самого себя, которых никогда раньше не замечал.

Следующее требование к членам группы заключается в том, что они должны говорить учителю в группе всю правду.

Это также необходимо понять ясно и правильно. Люди не понимают, какое огромное место в их жизни занимает ложь, хотя бы в виде сокрытия правды. Люди не в состоянии быть искренними ни с собой, ни с другими. Они даже не понимают, что научиться быть искренними, когда это необходимо, – одна из самых трудных вещей на земле. Они воображают, что от них самих зависит говорить или не говорить правду, быть или не быть искренними. Поэтому им необходимо этому научиться и прежде всего научиться правильному отношению к учителю, который руководит работой. Говоря учителю обдуманную ложь или проявляя неискренность с ним, скрывая от него нечто, они делают своё присутствие в группе совершенно бесполезным; это даже хуже грубости или невежливости с учителем.

Следующее требование к членам группы заключается в том, что они должны помнить, зачем они пришли в группу. Они пришли сюда учиться и работать над собой, причём учиться и работать не так, как они сами понимают это, а так, как им говорят. Поэтому, если, находясь в группе, они начинают чувствовать или выражать недоверие к учителю, критиковать его действия, если они полагают, что лучше знают, как именно руководить группой, в особенности же если они демонстрируют недостаток внимания к учителю, неуважение к нему, грубость, нетерпение, склонность к спорам, – это сразу же кладет конец всякой работе, потому что работа может вестись лишь до тех пор, пока люди помнят, что они пришли учиться, а не учить.

Если человек перестаёт доверять учителю, учитель становится ему не нужен, но и он сам становится не нужен учителю. И в этом случае ему лучше уйти и поискать другого учителя или попытаться работать вообще без учителя. Это не принесёт ему пользы, но, во всяком случае, принесёт меньше вреда, нежели ложь, скрытность или противодействие учителю, недоверие к нему.

В дополнение к этим фундаментальным правилам предполагается, конечно, что все члены группы должны работать. Если они, посещая группу, не работают, а лишь воображают, что работают, если они рассматривают работу как простое присутствие в группе, если, как это часто бывает, они смотрят на своё присутствие в группе как на времяпрепровождение, если ищут приятных знакомств и т.п., их присутствие в группе становится совершенно бесполезным. И чем скорее они добровольно покинут группу или их оттуда удалят, тем лучше будет для них и для других.

Требования, которые были здесь перечислены, составляют материал для правил, обязательных для всех членов группы. Во-первых, эти правила помогают тому. кто хочет работать избежать всего, что может помешать ему или повредить его работе; во-вторых, они помогают ему вспоминать себя.

Нередко в начале работы членам группы не нравится то или иное правило. И они даже спрашивают – разве нельзя работать без правил? Правила кажутся им ненужным стеснением свободы и нудной формальностью; напоминание о правилах кажется им злой волей или выражением неудовольствия со стороны учителя.

В действительности же правила – это главная и первая помощь, которую они получают от работы. Эти правила не доставляют им удовольствия или развлечения и не облегчают работу, а преследуют определённые цели: заставить изучающих вести себя так, как они вели бы себя, "если бы"... т.е. если бы они помнили себя и понимали, как им вести себя по отношению к людям, не участвующим в работе, к людям, связанным с ними работой, а также к учителю.

Если бы они помнили себя и понимали это, им не нужны были бы правила. Но они не способны помнить себя и понимать всё в начале работы, так что правила остаются необходимыми, хотя и ну могут быть лёгкими, приятными и удобными. Наоборот, они должны быть трудными, неприятными и неудобными, иначе они не будут отвечать своей цели. Правила – это будильники, которые будят спящего. Но человек, открывающий на секунду глаза, негодует на будильник и спрашивает: "Разве нельзя проснуться без будильника?".

Кроме общих правил существуют индивидуальные правила и условия, которые даются каждому лицу в отдельности и обычно связаны с его "главным недостатком" или "главной чертой".

В другой раз, говоря о группах, Гурджиев сказал: — Не думайте, что начинать следует прямо с образования группы. Группа – это великое дело. Она начинается для какой-то конкретной работы, для определённой цели в этой работе. Я должен доверять вам, а вы – мне и друг другу. Тогда и появится группа. До тех пор, пока нет совместного труда, группа считается подготовительной. Мы должны готовиться к тому, чтобы со временем стать группой. И подготовиться к этому можно, стараясь подражать группе, какой она должна быть; подражание, конечно, должно быть внутренним, а не внешним.

Что же для этого необходимо? Во-первых, вы должны понять, что в группе все отвечают друг за друга. Ошибка одного считается ошибкой всех. Это закон, и этот закон вполне обоснован, ибо, как вы увидите впоследствии, то, что приобретено одним, приобретается всеми.

Нужно хорошо помнить это правило взаимной ответственности. Оно имеет и другую сторону. Члены группы ответственны не только за ошибки других, но и за их неудачи. Успех одного – это успех всех, неудача одного – неудача всех. Серьёзная ошибка со стороны одного человека, например, нарушение фундаментального правила, неизбежно ведёт к распаду всей группы.

Группа должна работать, как машина: части этой машины должны знать друг друга и помогать друг другу. В группе не может быть личных интересов, противоположных интересам других людей или интересам работы, не может быть личных симпатий или антипатий, препятствующих работе. Все члены группы – друзья и братья; но если один из них оставляет группу, особенно если его удалил учитель, он перестаёт быть другом и братом, сразу становится чужим, как бы отрезанным прочь. Это правило очень трудно для исполнения; тем не менее, оно необходимо. Люди могут быть ближайшими приятелями, могут вместе вступить в группу; всё же, если один из них покинет группу, другой больше не имеет права говорить с ним о работе группы. Ушедший не понимает этого, чувствует себя оскорбленным, и они ссорятся. Чтобы избежать такого положения в отношениях с родственниками, например, если в группе работают муж и жена, мать и дочь и т.п., мы считаем их за одно лицо, за одного члена группы. Таким образом, если один из них не способен идти вперёд в работе и оставляет группу, виновным считается и другой, и ему тоже приходится уйти.

Далее, вам следует помнить, что я сумею помочь вам только в той степени, в какой вы помогаете мне. Кроме того, ваша помощь, особенно вначале, будет оцениваться не по фактическим результатам, которые наверняка будут равны нулю, а по размерам и количеству ваших усилий.

Нет особой выгоды от существования групп, равно как и нет особых заслуг в принадлежности к ним. Выгода или польза групп определяется их результатами.

Глава 15 Править

Системы и школы могут указывать методы и пути; но никакая система и никакая школа не в состоянии выполнить за человека ту работу, которую он должен сделать сам.

Глава 17 Править

Гурджиев объяснял разные аспекты организации школ.

— Школы настоятельно необходимы, – сказал он однажды, – прежде всего, из-за сложной организации человека. Человек неспособен к продолжительному наблюдению за своей личностью, т.е. за всеми её различными сторонами. Это может сделать только школа, школьные методы, школьная дисциплина; человек чересчур ленив; многое он будет делать без должной напряжённости или же вообще ничего не станет делать, воображая при этом, что нечто делает. Он будет напряженно работать над чем-нибудь таким, что не нуждается в напряжённости, и пропустит те моменты, где эта напряжённость насущно необходима. Человек щадит себя; он боится сделать что-то неприятное. Самостоятельно он никогда не достигнет необходимой интенсивности в работе. Если вы наблюдали за собой, вы согласитесь с этим. Когда человек ставит себе какую-то задачу, он очень скоро начинает потакать себе, стараясь дать на эту задачу простейший ответ и т.д. Это не работа. В работе учитываются только сверхусилия, т.е. усилия, превышающие нормальные, необходимые; а обычные усилия в счёт не идут.

В жизни всё устроено слишком удобно, и это мешает работать. В школе человек находится среди других людей, которые попали туда не по его выбору, с которыми может оказаться очень трудно жить и работать; в школе обычно бывают неудобные и непривычные условия. Это создаёт напряжение между ним и другими; такое напряжение необходимо, потому что оно постепенно сглаживает острые углы.

П.Д.Успенский Совесть. Поиск истины Править

Заметки по работе Править

Что такое школа?

Вопрос: Что такое школа?

Успенский: Школа - это организация, созданная для передачи ограниченному числу подготовленных людей знания, приходящего от высшего разума. Наиболее существенным в школе является знание, которое приходит от высшего разума. Это означает, что школы не могут формироваться произвольно без участия людей, которые приобрели знания в школах. Другим очень важным фактором является отбор, проводимый школой, т.е. отбор студентов. Допускаются в школу только люди с определенной подготовкой и определенным уровнем понимания. Школа не может быть открыта для многих. Школа - это всегда закрытый круг с инструктором в центре.

Школы могут быть очень различных уровней в зависимости от подготовки и уровня бытия студентов. Чем выше уровень школы, тем большие требования предъявляются студентам.

Вопрос: Почему необходимы школы?

Успенский: Перед тем, как говорить почему необходимы школы, нужно осознать, для кого они необходимы, потому что школы совершенно не нужны для огромного большинства людей. Школы нужны для тех людей, которые уже осознали неадекватность знания, собранного обычным умом и которые чувствуют, что сами по себе, собственными силами они не могут ни разрешить окружающие их проблемы, ни найти правильный путь... Для того, чтобы понять почему необходимы школы, нужно осознать, что знание, приходящее от людей высшего разума можно одновременно передать только очень ограниченному числу людей с необходимым соблюдением всех серий определенных условий, которые должны быть хорошо известны инструктору школы и без которых знания нельзя правильно передать... Передача знаний требует усилия как со стороны, которая получает, так и от стороны, которая дает его. Организация содействует этим усилиям или делает их возможными. Эти условия не могут появиться сами по себе. Школа может быть основана в соответствии с определенным планом, разработанным и известным задолго до этого. В школах не может быть ничего произвольного и импровизированного. Но школы могут быть различных типов, соответствующим различным путям.

Вопрос: Можно ли объяснить, в чем состоят эти условия?

Успенский: Эти условия связаны с определенным свойством человеческой природы, а именно с тем, что у человека есть две стороны, которые в общей эволюции человека должны развиваться одновременно и параллельно: з н а н и е и б ы т и е... Условия школьного обучения таковы, что с самых первых шагов работа развивается одновременно по двум линиям, но линии знания и по линии бытия. ...Принципы школьной работы, все требования к ученику, правила, которые он должен помнить - все помогает ему изучать свое бытие и работать над его изменением.

Вопрос: В чем разница между школой, о которой вы говорите и “изотерической” школой в Теософском Обществе? Мне кажется, что в основе обеих лежит одна и та же идея.

Успенский: Принципиальная разница между школой, о которой я говорю и “изотерической” школой в том, что “изотерическая” школа является, можно сказать, надстройкой или верхним этажом всей теософии. Для того, чтобы попасть в “изотерическую” школу человек должен принять и все остальное. А в теософской системе есть очень много наивного, нелогичного, противоречивого и невозможного.

...Школы, о которых я говорю, имеют цель привести обычных людей, почувствовавших или осознавших необходимость побега из нынешнего состояния, ближе к идеям, исходящим от людей высшего разума, потому что эти идеи сами по себе могут помочь их трасформации, т.е. переходу на новый уровень бытия.

Вопрос: Идея посвящения в “эзотерическую школу” основана на выборе и оценке тех людей, которые лучше знают и, похоже, это также и ваша идея (“некоторое количество подготовленных людей”).

Успенский: Для идеи посвящения, зависящего от кого-то еще, нет никакого места в этой системе. Существует только самопосвящение, т.е. внутренний рост. Только знание можно получить от кого-нибудь еще и нельзя получить каким-либо другим способом. Подготовка означает нечто совершенно иное. В своем первом значении - это просто интеллектуальная и эмоциональная подготовка, дающая человеку возможность понимания и оценки новых идей. Необходимость подготовки подчеркивается только для того, чтобы показать, что идеи системы не могут быть даны каждому без различия.

Вопрос: Имеется множество людей, заявляющих, что принадлежат школе и обладают специальным знанием. Все они говорят то же, что и вы. Где мы можем найти критерий, чтобы распознать, кто прав? Примеры некоторых из этих людей похоже больше опровергают их знание, чем подтверждают его.

Успенский: Конечно же, помимо настоящих школ, существует множество ложных школ. Главная опасность исходит из школ, обладающих очень малым количеством знания и очень большим количеством фантазии, таких как теософская, антропософская, мартинистская и тому подобные. При первом знакомстве со школой трудно указать на точный критерий для различения, потому что такой критерий зависит от глубины и качества подготовки. Лично для меня первым доказательством правильности этой школы было точное, не вызывающее сомнений, знание по психологии, превосходящее все, что я где-либо ранее слышал и делающее психологию точной и практической наукой. Для меня это был неопровержимый факт, и у меня была специальная подготовка для того, чтобы я мог судить об этом. Школы могут быть очень различных уровней.

1. Подготовительные школы четвертого пути можно разделить на две категории. К первой категории принадлежат школы, где инструктор признает превосходство своего собственного бытия над бытием учеников и посредством этого обещает студенту помощь, основанную на силах, которые превосходят силы обычного человека. Ко второй категории относятся школы, где инструктор признает превосходство только своего знания.

2. Школы первой категории, т.е. школы, где инструктор признает превосходство своего бытия и обладания силами, которых нет у обычного человека, несоизмеримо более трудны. В них возможно находиться, только лишь постоянно помня принципы работы, полностью покоряясь инструктору и строго выполняя правила. Малейшее отклонение от принципов, от подчинения инструктору и от выполнения правил делает невозможность продолжения обучения в такой школе.

3. В школах второй категории инструктор может простить многие недостатки конкретных учеников, даже если они задерживают их работу, но до тех пор, пока это не наносит вреда общей работе школы.

4. Облегчение трудностей работы, уменьшение требований или уступки со стороны инструктора никогда не являются привилегией или преимуществом для учеников, наоборот, это всегда указывает лишь на провал их работы и на потерю собственного места в работе.

5. Привилегией является только увеличение и усиление требования.

6. Место в работе предопределяется подготовкой, старшинством, усилиями, способностями, доверием к инструктору и пониманием цены работы.

7. Ученик может начать без полного понимания значения идей, приходящих от высшего разума и целей школьной работы. Но после определенного времени от него потребуется правильная оценка и понимание. И без этой оценки и понимания он не сможет продолжать.

8. Появление недоверия к инструктору и особенно выражение такого недоверия по отношению к знанию, методам и личным мнениям инструктора делает невозможным продолжение работы в школе.

9. Ученик должен помнить, что личные мнения инструктора, которые противоречат его собственным личным мнениям, основаны на методах и доводах гораздо лучших, чем имеющие в его распоряжении. Поэтому они должны стать для него объектом изучения, а не объектом споров и возражения.

10. Он должен помнить, что одной из целей его работы является изменение своих точек зрения, потому что его старые точки зрения, являющиеся точками зрения спящего человека, не могут быть правильными. Задача инструктора состоит в том, чтобы показать ему возможность точек зрения, которые соответствуют его пробуждению.

11. Ученик должен помнить, что он пришел для того, чтобы учиться, а не для того, чтобы учить или выражать свои взгляды.

12. Различие во мнении с инструктором может указывать на то, что ученик приобрел от него все, что возможно приобрести и ему следует оставить школу и работать независимо. В то же самое время разница во мнении может просто показывать, что ученик забыл некоторые фундаментальные принципы работы или, что еще хуже, добавил к этому что-то свое, чего он не слышал от инструктора. Это делает всю дальнейшую работу бесполезной.

13. Независимая работа вне школы возможна в контакте с инструктором или без такого контакта.

14. Контакт зависит от ученика, а не от инструктора и устанавливается в том случае, если ученик помнит все, что он когда-либо слышал от инструктора и следует всему этому без какого-либо отклонения, и помимо всего - без добавления чего-либо своего.

15. Инструктор несет ответственность за работу учеников и может помочь в их трудностях только если по отношению к нему ученики следуют принципам школ первой категории, т.е. они никогда не забывают того, что однажды им было сказано и не спорят с инструктором.

16. Это иногда называется подражанием школьной работе.

17. В одной и той же школе могут быть разные ученики, то есть, ученики школ первой категории и ученики школ второй категории. Эта разница между учениками зависит исключительно от их отношения к инструктору.